РОЛЬ МОЛОДЕЖИ В СОВРЕМЕННОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ И ИЗБИРАТЕЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ В РОССИИ

 Молодежь — важнейший социальный и электоральный ресурс общества — привлекает сегодня особое внимание политиков и лидеров общественного мнения. Все они хотят знать, какую роль готова (или не готова) играть молодежь в развитии демократии, рыночной экономики, гражданского общества и правового государства.

    Правда, часто это желание так и остается пассивным: экономисты, социологи, политологи давно определили возраст политически активной группы населения — «те, кому за 60». Политика в России стара — так, во всяком случае, нам говорят, новое же поколение, мол, абсолютно не интересуется этой сферой и на выборы не ходит. Привлечь внимание молодежи к политике и, разумеется, к своей партии — чуть ли не первейшая задача политиков и «сочувствующих» им во время предвыборной борьбы.

Деполитизация молодежи: четверть избирателей России добровольно отказываются от своих прав?

    Однако сделать это не так-то просто: с начала 90-х годов исследователи отмечают тенденцию к деполитизации и деидеализации подростками людей старшего поколения.
    «Молодежь не хочет участвовать в общественно-политической жизни, искать кумиров среди политических лидеров, героев книг и кино, деятелей культуры и спорта» — это выдержка из доклада сотрудников Федерального информационного центра молодежных социальных программ Института молодежи. И еще: «Большинство не желает походить даже на близких родственников: отец и мать являются примером лишь для 14 и соответственно 19 процентов опрошенных. В 1993 году показатели были больше — 21 и 24,5 процента. 52,8 процентов молодых не хотят равняться на кого бы то ни было...»
    К аналогичному заключению приходят и авторы доклада «Положение детей и молодежи в России. Проблемы, политика, благотворительная деятельность»: «В 1996 году двадцатилетние стали отождествлять социальный успех с предпринимательством и свободой „жить как хочу“. При этом участие в общественной жизни и политике заняли последние места в списке их ценностей, а в интервью они продемонстрировали желание „отгородиться“ от российского общества, которое в силу своей непредсказуемости только мешает осуществлению личных планов». Если верить статистике, для России миллионы нынешних подростков — очередное «потерянное поколение».
    Звучит это на самом деле страшно, если принять во внимание тот факт, что уже выборы 2003-2004 годов в немалой степени будут зависеть от степени активности молодежи. И тому есть объективные причины.
    По данным исследования «Россия и выборы», подготовленного летом 1999 года Научно-исследовательским центром при Институте молодежи, демографическая структура российского электората по сравнению с прошлой предвыборной кампанией существенно изменилась: численность традиционно активной старшей возрастной группы, преимущественно ориентированной на КПРФ, сократилась на 1,5 млн человек. Число же молодежи, симпатизирующей демократическим рыночным реформам, возросло более чем на 1 млн человек.
    Несомненно, процесс «замещения» продолжится и в будущем: уже сейчас избирательным правом в стране обладают 25 млн молодых людей в возрасте от 18 до 29 лет (приблизительно четверть от общего числа избирателей). Таким образом, завоевание доверия молодежи приобретает особую актуальность для всех, кто намерен «делать политику» в стране в третьем тысячелетии. Другое дело, что без знания самой молодежи (и ее проблем) рассчитывать на успех в подобном «завоевательном походе» не стоит.

У молодых есть три возрастные группы. И десять общих проблем

    Среди молодежи сегодня отчетливо выделяются несколько возрастных групп.
    Младшая — это когорта 15-17-летних молодых людей, «чистая постсоветская» генерация юношества. Средняя возрастная группа (18-24 года) — своего рода «переходный возраст» от юности к состоянию «молодых взрослых». Старшие в этой группе еще были пионерами и комсомольцами, они хорошо помнят свое советское детство, но неоднозначно к нему относятся, находятся в поре становления, обучения, выстраивания жизненного сценария.
    Старшая возрастная группа — 25-30-летние. Они уже принимают на себя удар последствий реформирования общества, и отражать его удается далеко не всем. Следует отметить, что в пределах групп существует определенный антагонизм и молодые люди с разницей в возрасте в 3 года часто говорят на разных языках (не только в переносном, но и в прямом смысле — их сленг и набор наиболее употребимой лексики могут заметно различаться).
    Говорить о проблемах молодежи на первый взгляд просто.
    «Левые» твердят о потерянном поколении, нравственном и физическом вырождении нации, волне проституции, наркомании, алкоголизме, захлестнувших молодежь, о росте молодежной преступности и т. д. «Правые» — о том, что новая Россия — для молодых, они-де активнее, мобильнее, лучше приспособились к рыночным условиям, усвоили и осознали новые ценности. Прежде всего — те свободы, которые предоставлены им сегодня, и хотят жить в свободном обществе, не впадая в политические крайности...
    Опросив 1 875 молодых людей и использовав богатейшую базу исследований прошлых лет, социологи Научно-исследова-тельского центра при Институте молодежи выделили десять главных проблем российской молодежи. Это преступность, деньги, безработица, образование, досуг, здоровье, наркотики, проституция, права и Родина… Анализ проблем показывает, что они расположены в нескольких основных «измерениях» и сопряжены в первую очередь с возможностью реализации молодежью своих прав: человека, гражданина, члена общества. От реализации этих прав зависят перспективы развития и будущее России.

«Воспитание гражданина», или Молодые идут во власть

    Воспитание гражданина — важная задача для всех стран. Для России, находящейся на переходной стадии своего исторического развития, она особенно актуальна. Наследие прошлого, кризисные перемены во всех сферах жизни задают специфику гражданскому образованию в нашей стране.
    Сегодня положение гражданина России, его отношения с государством и обществом меняются коренным образом. С одной стороны, он получил большие возможности реализовать себя как самостоятельная личность, с другой — возросла его ответственность за свою судьбу и судьбы других людей. Однако многовековая культура России сложилась так, что всесилие государства, его вмешательство в личную жизнь и контроль над жизнью общественной привели к тому, что еще и сегодня россиянин по существу, продолжает ощущать себя «винтиком», полагая, что от него «ничего не зависит». Это в свою очередь порождает недостаточную политико-правовую культуру человека, поддерживает представление о том, что права и свободы — это дар сверху.
    Не зря в современной России многие выборы, особенно регионального и муниципального уровней, считаются состоявшимися, если в них приняло участие не менее 25% избирателей. Значит, наши законодатели уверены, что более 70% избирателей выборы наверняка проигнорируют.
    Вот ситуация, с которой мы на практике столкнулись в Санкт-Петербурге (и, по-видимому, характерная для всей России).
    Во всех 111 муниципальных образованиях города на весенне-летних выборах 2000 года в представительные органы местного самоуправления были избраны полторы тысячи депутатов — не так много с учетом того, что им предстоит представлять интересы шестимиллионного (с учетом пригородов) мегаполиса. Но это другой вопрос.
    Основная проблема же в том, что средний возраст этих людей — 50 лет. Причем из шести тысяч кандидатов претендентов в возрасте до 30 лет едва набралось на одну пятую; из них депутатские мандаты получили около 30 человек. Депутатов в возрасте до 25 лет (включительно) оказалось всего двое на весь Санкт-Петербург (один из них автор данного доклада, но это в порядке справки).
    Все это достаточно ясно очерчивает проблему.
    Во-первых, избиратель не верит молодому человеку и поэтому не голосует за него. Во-вторых, у молодых людей, которые выдвинули свои кандидатуры, часто не оказывалось необходимых навыков, опыта, знаний и умения вести предвыборную борьбу наравне с их старшими коллегами. В-третьих, процент молодых людей, пришедших к урнам для голосования и потенциально способных поддержать молодых кандидатов, был весьма низок (и в принципе оставляет желать лучшего).
    Возникает вопрос: может ли человек, выросший и воспитанный в тоталитарном обществе, внезапно обрести независимость суждений, инициативу, умение отстаивать свою точку зрения и терпеть инакомыслие, на деле руководствоваться демократическими ценностями? Вероятно, должно пройти определенное (причем довольно длительное) время, пока человек из «подданного» превратится в «гражданина». Значит, необходимо настраиваться на кропотливую и длительную работу по воспитанию гражданственности. И именно на школу, по нашему мнению, возлагается эта задача.
    Поэтому неотъемлемой частью школьного образования должны стать учебно-воспитательные программы, включающие в себя преподавание специального курса «Граждановедение» или иных обществоведческих курсов, использующих личностно ориентированные педагогические технологии, организацию внеучебной деятельности, способствующей развитию гражданских качеств и умений (выборы школьного соуправления и организация его эффективного функционирования) и организацию школьной жизни, в которой эти качества и умения востребовались бы, где возникала бы ситуативная гражданская активность школьников (например, создание школьного правового пространства).
    Одним словом, на практике необходимо реализовать все формы гражданского образования: предметную, межпредметную, воспитательную и институциональную.

Политики хотят завоевать доверие молодежи. Но вместо этого — «прессингуют»

    Партийные лидеры давно заявляют о создании и функционировании «молодежных ячеек», о необходимости, наконец, завоевать доверие юного поколения, кем бы оно ни было представлено — самодовольным яппи, интернетчиком с воспаленным взглядом, сыном колхозника или высоколобым студентом-философом.
    Однако, зная, что выборы чаще всего омрачены нарушениями законодательства и фальсификациями, иногда невольно думаешь, что игнорирующая их молодежь в чем-то даже права. Она очень отличается от старшего поколения. И может быть, ее пресловутая пассивность обусловлена не «постсоветским культурным шоком», не отсутствием идеалов, а просто желанием играть по правилам.
    Впрочем, часто все эти правила и идеалы для них стараются написать другие.
    Так, во время последней выборной кампании в Государственную думу основная борьба за голоса молодежи развернулась между «Отечеством» и Союзом правых сил. Причем последние явно делали на молодых избирателей если не основную, то по крайней мере очень большую ставку.
    И те и другие опробовали такой неоригинальный вид рекламы, как грандиозное шоу. Неоригинальный, зато приносящий видимость действия. После того как «Правое дело» провело свою акцию «Ты прав» в Ярославле, весь город поголовно облачился в майки с соответствующим лозунгом. Акция «Неофициальная Москва», организованная с подачи Сергея Кириенко в День города, — еще один реверанс в сторону молодежи. «Правые» — свои в доску ребята, не то что номенклатурщики из «Отечества», — читается между строк. По некоторым данным, вопрос о курсе «Сделаем голосование модным» даже специально обсуждался в руководстве «Правого дела».
    Насколько это эффективно?
    Сегодня специалисты сходятся во мнении: время, когда шоу играли хотя бы минимальную роль, прошло. Сейчас организация мероприятий наподобие того же «Ты прав» — всего лишь один из способов перекачать крупную сумму из кармана кандидата в карман PR-агентства. В 1996 году предвыборные концерты несли в себе четкую идеологическую установку: либо мы, либо коммунисты, однако на думских выборах подобная дилемма уже не проходила — слишком велик был «разброс» кандидатов. Да и вообще, как показывает практика, подобные «гулянки» привлекают в основном публику 14-16 лет, т. е. не достигшую избирательного возраста, а следовательно, абсолютно бесполезную с электоральной точки зрения.
    Безусловно, есть и другие формы «идеологического взаимодействия» с молодежью (ведь не только «правые» вели бой за голоса молодых) — и не только с помощью концертов и иных культурно-массовых мероприятий.
    «Яблоко» и коммунисты, например, предпочли жесткий идеологический прессинг.
    В случае с «красными» все ясно: имидж не позволяет устраивать рэйвы. Что касается Явлинского, то, как язвительно отозвался один из известных PR-консультантов, «его [Явлинского] избирательный штаб не обладает ни финансами, ни умом». Зато Григорий Алексеевич обладает немыслимой силы обаянием: не терпящий сомнений в искренности взгляд обеспечил ему огромное количество поклонников в студенческой среде (на его выступления в МГУ набивалось столько народа, сколько и ной раз не встретишь и во время «раскрученного» рок-концерта).
    Третья группа — ЛДПР и экстремистско-патриотические блоки. Здсь речь идет о построении PR-политики на жестком эмоциональном прессинге. В немалой степени потому, что молодежь у нас делится (грубо, конечно) на две основные категории: «пофигисты» и нонконформисты. На последних большое впечатление производят призывы из серии «Родина в опасности». Этот прием, успешно отработанный РНЕ (как известно, дружина юных чернорубашечников никогда не испытывала дефицита в кадрах), с успехом используется в «патриотических» «пиар»-кампаниях.

«Лидеры нового поколения» создают теневые кабинеты. Потому что у них есть проблемы, которые никто не может решить. Кроме них

    Радует и то, что российские политики наконец-то поняли, что лозунги уже не действуют, а обращениями и воззваниями с экранов телевизора молодежь не покоришь.
    Пришлось признать, что новое поколение самостоятельнее, чем предыдущее, и, что самое главное, имеет возможность выбирать. Просто так голоса никто не отдаст — с молодежью надо работать.
    Как оказалось, сама молодежь тоже может работать. Эту истину познали достаточно поздно: только во второй половине 90-х политические партии и объединения начали обрастать молодежными ячейками, отделами и, наконец, самостоятельными организациями с разветвленной структурой, филиалами в регионах. Вероятно, именно они в скором времени и ликвидируют надоевший штамп «Молодежь политикой не интересуется».
    Возникают и неполитические молодежные организации, несущие между тем значительный «общественно полезный» (или, попросту говоря, положительный) заряд.
    К примеру, в Нижнем Новгороде сейчас образуются кадетские корпуса, воспитанники которых (обоих полов) клянутся «помогать слабым, уважать старших и беспрекословно подчиняться учителям и наставникам». Все это заставляет вспомнить пионерскую организацию, которая, кстати, качественно изменившись, кажется, снова становится популярной у молодежи. В последние два-три года, кроме преемника пионерии СПО-ФДО (Союз пионерских организаций — Федерация детских организаций), количество именующих себя «пионерами» в разных регионах растет. У «новых русских пионеров» есть Свод основных жизненных правил, правда, несмотря на пышное название этого документа, его содержание не идеологического, а общехристианского толка.
    Патриотические взгляды исповедуют и скаутские объединения: они активно пытаются разнообразить свой досуг и осуществляют локальные или региональные «общественно полезные», как выражались раньше, проекты. В принципе деятельность вышеперечисленных групп молодежи содержательно близка и, применяя всем знакомую терминологию, больше всего напоминает «тимуровскую».
    Существуют и молодежные организации (преимущественно регионального уровня), пытающиеся не только объединить молодежь (в основном студенческую, т. е. не подпадающую в силу своего возраста под влияние пионеров и скаутов), но и включить их в своеобразные ролевые политические «игры».
    Так, в прошлом году в Московской области было создано молодежное правительство (его еще называют «теневым», или «кабинетом XXI века»). Его цель: «при поддержке администрации Московской области создавать благоприятные условия для жизнедеятельности и востребованности молодежного потенциала». Члены молодежного правительства надеются, что привлечение молодежи к управлению станет одним из основополагающих элементов возрождения страны. Министры-дублеры предложили немало интересных идей и взялись за их реализацию. Сразу два министра-дублера — А. Жарков (региональная безопасность) и А. Головин (здравоохранение) — занялись профилактикой распространения наркотиков и реабилитацией больных. Н. Васильева, министр по социальной политике, создает специализированную телепрограмму для глухих детей и систему трудоустройства молодых инвалидов. М. Корчкова, министр по внешнеэкономическим связям, разрабатывает международный проект. Д. Юрков, министр образования и культуры, планирует организовать систему поддержки молодых музыкантов и цивилизованных дискотек и клубов.
    Есть и другие примеры — скажем так, не «правительственной», а «парламентской» активности молодых. В декабре 1999 года в Тальменском районе Алтайского края прошли выборы в Совет учащейся молодежи — в самый настоящий «молодежный парламент». Эта организация будет представлять интересы молодых людей в органах местного самоуправления. В совет вошли 26 школьников со всего района; владельцы специальных депутатских удостоверений смогут присутствовать на собраниях и сессиях местного Совета депутатов и будут обладать депутатской неприкосновенностью. А также, что для сельской местности актуально, получат право на бесплатный проезд по всему району.
    Но один из самых интересных проектов был реализован в Саратовской области, где в школах Заволжского района читают спецкурс «Выборы в демократическом обществе». Именно там накануне выборов в Государственную думу возникла идея проведения ролевой игры «Выборы в ГД», а в качестве репетиции перед выборами Президента России — «Выборы президента школы». Тогда же было принято решение играть, используя реальные документы политических партий, действующее избирательное законодательство России. В играх принимали участие ученики старших классов, проявившие, надо признать, необыкновенную выдумку и фантазию. Они создавали политические партии и объединения, выдвигали кандидатов и формировали их группы поддержки, проводили агитационную работу. И даже… создали 25 партий («Наш дом — школа», «Лидеры нового поколения», «Надежная демократическая партия», «Мальтийский крест», «Золотой источник», «Черный кот», «Кактус и КО» и др.), выдвинувших своих кандидатов в школьный парламент. В программах партий были обозначены проблемы, волнующие детей сегодня: демократическое управление школой, учебный процесс и оценка знаний, дисциплина и порядок, живая природа и отношение к ней и т. д. 
    Все это можно (и нужно) спроецировать и на всю страну; школа в данном случае — лишь уменьшенная во много раз модель государства. Показывающая, кстати, что его молодым жителям вовсе не безразлично, где они живут, и они готовы участвовать в его построении — если найдутся те, кто сможет их научить.

А. Малькевич
Санкт-Петербург

Обсудить у себя 2
Комментарии (6)
отвечу леторически: всё эт, конечно, хорошо.., но как направить «молодую» политику по правильной тропинке???? (… идеалогия??? — чем заменить её? )
Нужно создавать институты внедряющие положительные социальные, личностные и общественные ценности. Конечно будет мало толку если обучить молодежь политике, а она пойдет в правительство воровать и присваивать. Потому, конечно огромную роль играет именно личностное воспитание молодежи. К сожалению существующие молодежные организации в основном используют молодежь в личных корыстных интересах, эксплуатируя ее на работах, в политике и т.д. Но я уверен, что со временем в нашем обществе сможет образоваться и объединиться пласт людей, которые не станут продавать себя, свою страну и своих близких! В любом случае только от нас зависит то, как и с кем мы будем жить дальше. Потому необходимо действовать уже сегодня и в первую очередь своим примером! Создавать вокруг себя общество соответствующее нашему идейному и ценностному мировоззрению, сознанию. 
согласен полностью!!! 
Комментарий был удален
Какая-то роль у молодёжи возможна в крупных городах. А на местах — не смешите…
Если вы думаете что сможете или не сможете — в любом случае вы правы…
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Новая политика России
Участников: 34